Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
03:51 

.Антошин
У нас другие ценности, у нас другие цели, войну узнали мы не по рассказам. Природой мы любуемся в оптическом прицеле - ведь мы с тобой, братишка, из спецназа.©
Как это на меня похоже - не писать сюда больше года, а потом р-раз - и фанфик.

В общем, авесоме.
И привет всем новым читателям :)



Название: "Вам звонят от бога - запишите номер"
Автор: Шэд
Фандом: "Сталкер", "Моцарт. Рок-опера"
Рейтинг: NC-17
Размер: миди

Пролог

Никогда не знаешь, кого в очередной раз встретишь в Зоне. И каждый раз есть вероятность,
что эта встреча изменит твою жизнь. Или не изменит - ты же в Чернобыле, чувак, твоя жизнь
тут не стоит даже сломанного автомата.
Впрочем, мне, Федору Мотко, по сталкерскому прозвищу Фло, всегда везло. Сначала я откосил от армии, потом - от института; от женитьбы на страшной женщине, больше похожей на Гитлера в старости, если бы герр Адольф до нее дожил.
Когда я попал в Зону, уже и не упомнить. Кажется, это было года два назад. Тут хуже, чем в армии, но едва ли хуже, чем быть женатым. В Зоне год идет не за три, как в армейке, и не за четыре, как в супружестве, а куда как больше. Фактически - я тут двадцать четыре месяца. Когда-то считал дни, потом бросил — какая разница, сдохнешь ты через месяц или через месяц и один день. Так думал я раньше. Но как же я был не прав.

Глава 1, в которой я в очередной раз убеждаюсь, что в Зоне нет друзей.

Дни в Зоне сменяют друг друга не так, как там, за кордоном. За колючкой вообще все просто: ты не паришься, когда идешь с работы домой, когда включаешь телевизор, когда делаешь себе тосты. У тебя нет причин бояться аномалий, в которые можно вляпаться по дороге в туалет. Ведь когда их нет - их совсем не боишься, не правда ли?
Не то, что...
- Блять! - громко завопил я, прыгая на одной ноге и едва не уронив АКСУ - не спрашивайте, где я взял десантный автомат, все равно не скажу.
Орать здесь не рекомендовалось от слова совсем. То есть, формально никто не запрещал, но никто и не давал гарантий, что этот вопль не будет последним в твоей никчемной жизни.
Хорошо, что я вовремя заметил ловушку с народным названием "ебучий куст".
Так, конечно, можно было обозвать любую аномалию. Ёмкие и короткие названия - наше все.
В конце концов, это ученые любят давать хитровыдолбанные имена любой незначительной фигне, а мы - далеко не умы науки.
Зато живем дольше. Кинь любого заучку в белом халате к нам в ад - он не продержится и получаса, его обязательно кто-нибудь сожрет.
Зоне тоже нужна еда. Сталкеры за годы стали осторожнее и умнее, ради хабара рискуют теперь не так сильно, а Зоне все так же хочется кушать.
Вот и жрет... всех, кто пропускает момент.
Как меня сейчас, например.
- Отличная попытка, реактивную залупу тебе в рот, - бормотал я, осторожно переставляя ноги в сторону от "куста". С виду он едва ли чем-то отличался от обычной полыни. Если бы у полыни были пятисантиметровые колючки с большим содержанием яда. Однако почему-то эту траву очень любила жрать псевдоплоть в любой своей ипостаси. Да и, чего греха таить,
сталкеры научились делать из "куста" аналог гашиша, который тихими (по меркам Зоны) вечерами раскуривали в дружном (иногда) сталкерском кругу. При должном подходе из всего можно извлечь пользу, справедливо считали они.
Я это дерьмо никогда не курил и впредь не собирался, поэтому отойдя еще на метр, помочился в сторону проклятого растения.
- Фло - везучее хуйло, - раздался сзади хрюкающий смех. Я резко дернул ширинку на комбезе (“Заря”, вес – пять килограмм, встроенная защита от радиации), повернулся и хотел дать шутнику в слишком счастливую морду, но промахнулся.
Шутник и по прозвищу, и по сути, ловко отпрыгнул от удара и показал мне средний палец.
- Чё ты забыл на болотах? - нелюбезно осведомился я, вскидывая автомат и передергивая затвор. Едва ли бы я стал в него стрелять, но припугнуть - почему нет?
- Не злись, Фёдор, дело к тебе есть, - Шутник с видом "я знаю что-то интересное, но тебе не скажу", приглашающе махнул мне рукой и легко побежал вперед.
Бег в Зоне - это отдельный разговор. Нужно быть или очень смелым, или очень тупым, чтобы устраивать пробежки, даже на болотах. Тем более на болотах. Шутник никогда не отличался особой храбростью. Для меня оставалось загадкой, почему он до сих пор живой и не кормит своей тушкой псевдособак, а потом - псевдочервей.
Я нарочито медленно переступал с кочки на кочку, пристально глядя в спину Шутника. Он часто оглядывался и едва не лопался от восторга.
- Да что у тебя там такое произошло? - меня всегда раздражало безудержное и беспричинное веселье. Причина радости Шутника была мне тем более непонятной - чему в Зоне можно было ТАК радоваться?
Мы отошли от места встречи примерно на шестьсот метров, когда Шутник внезапно остановился и громко свистнул в два пальца.
Я слишком поздно понял, что что-то не так. Раздалась автоматная очередь. Я молниеносно рухнул на землю и попытался отползти в кусты. Рядом со мной упал Шутник, который уже не мог двигаться. Из раны на его груди выплескивалась кровь.
- Стой, - вкрадчивый голос у меня над ухом только прибавил желания свалить отсюда как можно быстрее. Но куда там!..
Кажется, моё везение исчерпало свои запасы.
Я попытался повернуться на спину, чтобы смотреть в глаза своему потенциальному убийце. Но он прижал меня ногой к земле и выматерился:
- Не шевелись, блядь, тут другие шляются. Наше движение их привлекает так же, как госдуму - распил бюджета.
Я бы посмеялся на диво удачной аналогии, но время и обстоятельства не располагали к юмору. Поэтому я только шепотом рыкнул:
- Кто ты?
- Иисус, - со смешком отозвался голос, сильнее надавив мне сапогом на спину. Я недовольно повел плечами, пытаясь сбросить незваного "спасителя".
- Смотри, один шутник уже дохлый валяется, - ехидно - даже в такой ситуации верен себе - буркнул я.
- Это я, - вдруг погрустнел голос, но нажим не ослабил. - Не хотел убивать. Целился в тварей.
- Не переживай, он так себе был, и шутки у него плоские, - я все же не мог смириться с мыслью, что Шутник умер.
- Это он тебя сюда притащил? - нога со спины, наконец, убралась и я с облегчением перевернулся. На меня задумчиво смотрел парень лет двадцати пяти, в потертом
комбезе свободного сталкера и с небольшим рюкзаком. В руках он не слишком уверенно сжимал "калаш".
- Он, - я согласно кивнул, украдкой продолжая рассматривать парня.
- Сука, - спокойно сделал внезапный вывод незнакомец. - Тут была засада. Видимо, ждали вас.
- Скорее, меня, - у нас с Шутником были ссоры по мелочам. То тушняк тухлый притащит, то колбасу мою сожрет, то патроны потеряет. Я вообще человек не злопамятный, поэтому предпочитал сразу бить в торец - вдруг потом забуду.
А Шутник, значит, все запоминал. И решил подставить. Что ему пообещали за меня?..
- А как только эти твари выползли - те твари сразу разбежались, - витиевато выразился парень, присев на корточки и вытащив из рюкзака карту.
Я редко видел хорошие карты Зоны - они стоили немалых денег, и все равно, не было гарантии, что они буду достоверны. А эта...
Скажу, что была идеальна - не совру.
- Откуда у тебя такая вещь? - с восхищением рассматривал я карту. - Никогда не видел такой чёткой.
- Сам нарисовал, - помедлив, ответил неожиданный помощник.
Я с уважением посмотрел на него.
- Федор. Более известный как Фло, - решив представиться первым, я протянул руку.
- Почему Фло? - парень не спешил отвечать на рукопожатие и называть свое имя.
- Так вышло, - странно, что он спросил про прозвище - не принято спрашивать-то. - Раньше было "Фломастер","Фломик", потом как-то сократили до "Фло".
- Фло, - протянул он, словно пробовал на вкус. - Мне нравится. Есть в этом что-то нездешнее. Что-то воздушное...
Удивлению на моем лице не было предела.
- Моцарт
- Что - Моцарт? - не понял я.
- Меня так называют, - он решительно пожал мою руку, задержав ее чуть дольше, чем положено.
- Как композитора? - я не преминул блеснуть эрудицией.
- Нет, - сердито буркнул Моцарт, - как шашлычную в Южном Бутово.
Я улыбнулся ему и огляделся, наконец-то заметив дохлую псевдоплоть. Странную дохлую псевдоплоть.
- Спасибо. Вот за это, - я кивнул на трупы, - если бы не ты, я б лежал с ними рядом.
- Скорее всего, нет, тебя бы утащили эти, которым тебя сдал твой друг, - Моцарт ехидно выделил последнее слово. - А псыбаны тебя бы просто сожрали.
- Псы... Кто? - я недоуменно нахмурился. Новая пакость в Зоне? Как будто старых мало.
- Псыбаны, - повторил Моцарт.- Посмотри на них. Гибрид псевдособаки и кабана. Ну и хари у них, конечно.
Я аккуратно подошел к дохляку и посмотрел на морду. И правда, такой хрени я пока не встречал.
- Реагируют на движение, - продолжал парень, внимательно следя за моими действиями, - если замереть на месте, они пробегают мимо. Скорость больше, чем у обычной псевдоплоти.
- Есть прекрасная идея, - я взял валяющуюся рядом палку, предварительно оценив, безопасная она или нет, и потыкал в пса-кабана-как-его-там. - Валим отсюда.
Не очень дохлая, как выяснилось, псевдоплоть согласно рыкнула, убедив меня в правильности идеи.
- Кажется, эти уебаны еще живы.
- Псыбаны, - машинально поправил Моцарт, - но ты прав, если останемся, дохлыми будем уже мы.

Спустя пару часов и несколько убитых кровососов, мы были на нейтральной территории, более известной как Бар. Ну Бар и Бар, так себе заведение, даже названия не имеет. Зато тут всегда можно запастись жратвой, оружием и сплетнями. Нет ничего удивительного в том, что сплетни в Зоне - такой же ходовой товар, как АКМ и колбаса. А ну как услышишь что важное и раздобудешь редкий артефакт, про который все говорят, или узнаешь, где чужая нычка, или еще что полезное. Не могу сказать, что я часто опускаюсь до грабежа чужих заначек, но бывает, да, бывает. Ситуации – они разные случаются.
Моцарт быстро завладел вниманием собравшихся в Баре сталкеров. Как я позже выяснил, он вообще любил привлекать внимание – не очень ценное качество в Зоне, скажу откровенно.
- Раньше я бухал по-черному, - с азартом разглагольствовал Моцарт, время от времени поглядывая на меня. Я сидел на старом диване времен, видимо, Французской революции, и мрачно пил то, что в Зоне называли пивом. - Но потом ко мне пришел Иисус...
Моцарт сделал эффектную паузу. Сталкеры замерли в ожидании эпичной развязки. Рассказчик не подвел:
- Теперь мы бухаем вместе.
Сталкеры заржали, одобрительно похлопав Моцарта по плечу. Тот надулся от гордости и подошел ко мне.
- Фло, отчего ты грустный?
- Хуй сосал невкусный, - громко сказал кто-то из дальнего угла Бара. Я резко встал, чуть не облившись пивом.
- Кто тут, сука, такой остроумный, как станок “Жилет”? - я был не намерен спускать такую “шутку”.
- А чё, вкусный был, хуй-то? - явный смертник никак не унимался. Моцарт с трудом прятал ухмылку, сталкеры вокруг прикидывали, как разнимать назревающую драку – стрельбы в Баре точно бы не предвиделось, оружие отбирали на входе.
Я решительно направился к остряку. Плохое освещение до последнего скрывало его лицо, а когда я приблизился, то не поверил:
- Рим!
- Вся Италия, да, - не остался в долгу Мерван Рим, алжирец по происхождению и редкий мудак по сути. - За тобой должок, помнишь?
Я машинально дернул рукой в поисках ножа.
- Полегче, сталкер, - холодные, как мохито в нормальном баре, глаза Рима с прищуром смотрели мне в лицо. - Долг для сталкера – дело чести, разве нет?
- Я не “долговец”, ты не по адресу, - буркнул я, отметив краем мысли, что сталкеры с некоторым разочарованием разбрелись по углам – драка отменялась, мужики, мол, сами разберутся.
- Шутки оставь для тех, кто их оценит, - почему-то Рим посмотрел в сторону Моцарта, который не очень удачно делал вид, что ему совершенно нет дела до нашего разговора.
- Сто тысяч, Фло, которые ты у меня “занял”.
Увел из нычки, чего греха таить. Вот после этого случая я зарёкся грабить чужие схроны. Свои тоже: грабить свою заначку – это как-то совсем тупо.
Впрочем, кто сказал, что ограбить алжирского наемника – не тупо?
- Однако я согласен и на артефакт, - медленно, с расстановкой, сказал Рим. - “Скрипичный ключ”. Знаешь такой?
Моцарт выдохнул, забыв, что ему “не интересен” наш разговор.
Да и кто не знал? Модификация “скрипки”, но с широким спектром полезных свойств. Каких – никто не ведал, про “ключ” ходили легенды не хуже, чем про затерянную Атлантиду или сокровища с Титаника. Говорили, что это некий “философский камень” с поправкой на реалии Зоны – и металл в золото превращает, и молодость вечную гарантирует, и стояк пожизненный. Поговаривали также, что единственный нашедший его сталкер сошел с ума – он так его прятал, и так боялся, что “ключ” украдут, что свихнулся от этих мыслей. А “скрипичный ключ” пропал.
Так говорили сталкеры, так шутили ученые.
Так часто его пытались добыть зажравшиеся черти с Большой Земли. Не сами, конечно – с помощью наемников, сталкеров и военных. Последние к слухам о “скрипичном ключе” относились весьма скептически и зачастую посылали желающих его получить по известному адресу – в Бар.
- Если не согласишься, - продолжал тем временем алжирец, - что ж... ты знаешь мои методы.
Я вздрогнул. Последнего несогласного с Римом нашли потом на Армейских складах. По частям нашли.
- У тебя целых два варианта, - доверительно сообщил наемник, - вернуть кэш или найти “ключ”.
«Иными словами, ты сдохнешь в любом случае», - мысленно закончил я за него.
- Неделя, Фло. Целая неделя, видишь, какой я добрый, - Рим ободряюще подмигнул мне.
Выбора не оставалось, кроме как согласиться. Я натянуто кивнул и хотел уже отваливать, как вдруг наемник притянул меня за рукав и совсем тихо сказал:
- В случае невозврата долга я убью не только тебя. Его, - кивок на Моцарта, - тоже.
«Ну да и хрен с ним», - хотел было сказать я. Но почему-то не сказал.

Глава 2, в которой я кое-что переосмысливаю.

- Как ты здесь оказался?
Мы пробирались вдоль старой заводской дороги, периодически отстреливаясь от желающих поживиться нами тварей. Моцарт шел чуть позади, прикрывая мне спину:
- Да как и все, - он явно уходил от ответа. Я хмыкнул:
- «Все» оказались здесь – ты не поверишь – по совершенно разным причинам.
- А ты, Фло? Как сюда попал? – эта его раздражающая привычка отвечать вопросом на вопрос выводила бы меня из себя, если б не то самое «но» - Моцарт совершенно по-особенному произносил мое прозвище. Оно звучало на удивление правильно, именно так, как и должно. Странно, что я придаю этому столь сильное внимание? Возможно. В Зоне вообще нет ничего нормального, все – как отражение в кривом зеркале. То, что на Большой Земле казалось ненормальным, тут нечто обыденное.
- Я удивительно хорошо умею косить, - уклончиво ответил я, с силой потерев лицо. На нем наверняка остались грязные разводы.
Моцарт неожиданно с пониманием хмыкнул.
- А я тут… ну, можешь считать, что просто так. Ищу вдохновение.
- Нашел? – скептически поинтересовался я. Вдохновение, надо же. Не артефакты, не деньги, вдохновение. Воистину, никогда не знаешь, на какого чудака натолкнешься.
- Почти, - серьезно и как-то грустно ответил Моцарт.
- А со мной чего поперся? – чуть резче, чем хотелось, вырвалось у меня. Неожиданный напарник дернулся, словно я замахнулся для удара, но ответил, не задумываясь:
- С тобой не скучно. К тому же, у меня нет каких-то особенных дел. И вдохновение – такая штука, никогда не знаешь, где его повстречаешь.
Он загадочно улыбнулся. А я только покачал головой.
- Со мной иногда слишком весело. Но я правда не понимаю, нахрена тебе мои проблемы? Своих нет?
Моцарт остановился.
- Ты так хочешь, чтобы я ушел? – показалось – или он и правда расстроился?
- Да, то есть, нет, чёрт, не хочу! – никогда не страдал косноязычием, а тут словно в какую-то аномалию вляпался. – Я тебе жизнью обязан, в конце концов.
Моцарта аж перекосило, словно я сказал, что у него алименты за десять лет не выплачены.
- Сочтемся как-нибудь. Ты знаешь, в какой стороне искать?.. – он без переходов сменил тему.
Что искать – понятно, «скрипичный ключ». Честно говоря, была идея (и остается) найти деньги, но если в Зоне не появилась аномалия «Сбербанк», то рассчитывать мне особенно не на что. Впрочем, случись такая аномалия - она бы, скорее, высасывала деньги, а не давала, в лучших традициях своего аналога за кордоном.
- Фло. Я тут подумал… - Моцарт замялся, не зная, как продолжить. Я решил его поторопить:
- Не тяни. Если есть мысли по сути – выкладывай.
- Может, мы наемника… того, завалим? – кажется, Моцарт сам не верил в свои слова. Я только фыркнул.
- Ну завалишь ты Рима, думаешь, до тебя не пробовали? Он на диво хитрый и умный ублюдок, а еще у него куча, - я выделил это слово, - приспешников, которые найдут тебя и заставят жрать твои же кишки.
Я сплюнул, словно почувствовал вкус этих самых органов.
- Можно сбежать за кордон, - не унимался Моцарт.
Я с жалостью посмотрел на него.
- У Рима слишком длинные руки. К тому же, не знаю, где хуже для меня: там или тут. А тебя тут никто не держит, - вновь напомнил я Моцарту.
Он решительно схватил меня за руку. Я от неожиданности даже вырываться не стал.
- Мы найдем артефакт. Или подохнем.
- Первое предпочтительнее, - ухмыльнулся я, осторожно выдергивая свою ладонь из его захвата. Моцарт опомнился и словно нехотя отпустил меня.
Я достал старый, но верный КПК со встроенным детектором аномалий. Нормальной карты там, конечно, не было, но приходилось довольствоваться той, которая есть.
- Смотри, - я ткнул пальцем в экран, - это – Мертвый город, по легенде - место падения вертолета «Скат-2». Говорят, там был когда-то замечен «ключ» неким вольным сталкером Дегтяревым. Про него ходят разные истории, и едва ли в них есть хоть частица правды.
Моцарт внимательно слушал. Я откашлялся и продолжил:
- Много лет назад, когда Зона была меньше, а артефактов в ней – больше, на поиски «скрипичного ключа» отправлялись целые отряды. Но возвращались из этих «походов» далеко не все. Те же, кто возвращался, либо был сильно изувечен и нес всякую чушь, либо говорить вовсе не мог. А с тех пор, как «Монолит» подмял под себя почти весь центр Зоны, туда вообще перестали ходить. Решили, что есть и другие арты, не менее ценные и относительно легко добываемые. Рисковать же ради мифического артефакта – а ну как его вообще не существует? – таких дураков-добровольцев почти нет.
- Я вот знаю парочку, - буркнул Моцарт, но осекся – вспомнил, видимо, что его никто не держит. - «Скат» упал на окраине, разве нет?
- Границы Зоны все время расширяются. И не могу сказать, что я очень доволен этим обстоятельством.
Моцарт с пониманием кивнул.
- Ведешь себя, как новичок, - я, наконец, поймал эту, не дающую покоя, мысль. – Давно ты здесь?
- Двадцать четыре дня, - спокойно ответил Моцарт, - и три часа.
Он по-прежнему считал минуты, проведенные тут, в то время как я давно перестал.
- Я на Большой Земле работал в магазине, - внезапно разоткровенничался товарищ, - но долго задержаться там не получилось.
- Почему? – автоматически спросил я без особого интереса.
- Боюсь, «соси мой член» - это не то, что покупательница хотела услышать от продавца-консультанта, - притворно вздохнул Моцарт.
Я усмехнулся.
- Отличная консультация, ничего не скажешь. Так сказать, дружеский совет.
- Жаль, начальство не оценило. Ты, когда вернешься, что будешь делать? – как-то по-детски посмотрел на меня Моцарт.
- Если вернусь, - поправил я его, - если.
- Вернешься, - твердо сказал Моцарт, - такие, как ты, так просто не умирают.
«Какие?» - хотел спросить я, но не успел.
Приближался Выброс. И нужно было срочно искать укрытие. Моцарт с ужасом смотрел на блики пока еще далеких молний. А я вспомнил, что за эти двадцать четыре дня его ни разу не было. Сталкеры даже почти расслабились, поверив, что Выбросов больше и не будет – обычно каждые два-три дня, а тут почти месяц ни одного. Что ж, Зона дураков учит.
Я дернул КПК и стал быстро просматривать карту в поиске ближайшего бункера, разлома, чего угодно, где можно переждать эту напасть.
- Вот, склад, там военные когда-то хранили оружие, но уже давно нет, - лихорадочно бормотал я, взяв направление, - быстро, Моцарт, у нас есть около шести минут, иначе все, пиздец, я не Стрелок, да и ты вряд ли переживешь выброс.
Он не стал спорить и, поудобней закрепив рюкзак, первый сорвался с места.
Перед Выбросом все твари неизбежно прятались, как и аномалии. И если с первыми все было ясно, то почему исчезали аномалии – никто понятия не имел. Видимо, это было связано с тем, что после Выброса они активизировались в невероятном количестве, и в тех местах, где до этого ими и не пахло. Часто – в прямом смысле. Многие аномалии обладали особенными запахами, и это сильно облегчало жизнь сталкерам. «Жарка», например, имела характерный запах горелого мяса.
Мы едва успели захлопнуть дверь в подвальное помещение, как на улице раздались словно бы выстрелы; на самом деле – звуки Выброса, пугающие и завораживающие одновременно.
- Я чуть не обос… чуть было не было, в общем, - поделился со мной Моцарт, привалившись к двери.
Я промолчал и, включив фонарик, стал осматривать наше укрытие на ближайшие часы. Обстановка вокруг явно говорила о том, что место давно покинуто людьми и едва ли они сюда вернутся. Ржавые гильзы и магазины от различных видов оружия, банки из-под консервов, обрывки изоленты, сломанные стулья и скелеты какой-то мелкой живности, скорее всего – крыс и бурундуков. Радиация отчего-то не затронула крыс. То ли по причине того, что они к ней быстро адаптировались, и следующие поколения были устойчивыми к радиоактивным лучам, то ли еще по хрен знает какой причине, но максимальное, что с крысами происходило – они становились еще более прожорливыми.
- Эй, а где тут можно спать? – понизив голос, словно нас могли слышать, спросил Моцарт.
- Где хочешь, - я пожал плечами и пнул огрызок стула. – Можешь прямо на скелетах.
- Не хочу на скелетах, - возмутился Моцарт и стал стаскивать с себя комбинезон. Я удивленно посмотрел на него, но останавливать не стал.
Моцарт с явной радостью выкарабкался из комбеза, оставшись в штанах и легкой рубашке. Я заметил, что на запястьях у него намотаны какие-то тряпки, но тактично не стал спрашивать, с чем это связано. Товарищ проницательно глянул на меня и ответил на молчаливый вопрос:
- Это излом. Я его пытался задушить, а он, в свою очередь – откусить мне руки.
Я подавился ответом.
- Ты пёр на излома с голыми руками?! Мне кажется, или ты правда идиот?
- Нет, - он как-то сразу помрачнел и отвернулся от меня.
- Не идиот? – я примирительно дотронулся до его плеча.
- Не кажется, - рявкнул Моцарт и скинул мою руку. – У меня тогда не было оружия. Но было непреодолимое желание выжить.
- Зачем душил-то? - совсем недоумевал я. - Каждый сталкер знает, что излома надо бить по спине, тогда он если и не откинется, то точно будет парализован.
Моцарт наградил меня нечитаемым взглядом. Создавалось четкое ощущение, что он чего-то недоговаривает. Впрочем, его дело, я никогда не требовал откровенности и не был откровенным сам. Слишком дорого это обходилось в Зоне.
«Монолитовцы» разводили изломов, как породистых собак. А может, это очередной слух, кто знает. Вот только то, что изломы водились лишь в центре Зоны – правда. Какая нелегкая занесла Моцарта в центр, как он вообще туда добрался живым, без оружия-то… В общем, не думаю, что он станет мне рассказывать. Я б не стал.
Моцарт тоже достал фонарик и стал перебирать содержимое рюкзака.
А мне подумалось, что тут может быть электричество. Возможно, старые генераторы еще работают. Не попытаться было, по крайней мере, глупо. Я с надеждой оглядывал стены в поисках выключателя. Заметив один метрах в пяти, пошел в ту сторону и с опаской его нажал. Под потолком тускло зажглись несколько лампочек, сильно мигая и рискуя вот-вот перегореть. Я вздохнул и решил, что такой свет хуже, чем никакой.
- Надел бы ты комбез, тут не очень-то жарко, - я вырубил негодное освещение и снова подошел к Моцарту. Он задумчиво смотрел на свой рюкзак.
- Что-то потерял? – я прикинул, что там было такое важное, без чего нельзя обойтись в Зоне.
Моцарт растерянно глянул на меня, явно не зная, стоит отвечать или нет.
- Нож, аптечка, патроны, жратва на месте?
Он неуверенно кивнул.
- Тогда живем, - я подмигнул, светя фонариком ему в глаза. Моцарт поморщился и отмахнулся.
- Предлагаю спать, - я вытащил из своего рюкзака на семьдесят литров спальник, свернутый в тугой комок, и стал его расправлять. Моцарт грустно посмотрел на меня, перевел взгляд на спальный мешок, и со вздохом натянул комбез.
- Я без спальника, - он словно извинялся передо мной.
Ну и что мне оставалось делать? Я расшнуровал берцы и стащил уже свой комбинезон, отдав его Моцарту.
- Извини, к себе не зову, сам понимаешь, - я развел руками. Судя по лицу Моцарта – нет, он не понимал.
- Места мало, - пробурчал я, заворачиваясь с головой, - накройся моим комбезом, теплее будет.
Моцарт еле слышно хмыкнул, словно ставя под сомнения мои слова по поводу места.
- Спокойной ночи, - раздалось из соседнего угла.
- Спокойного Выброса. На улице еще день.

Проснулся я от того, что кто-то долбился в дверь. Я хотел послать нахрен и сказать, что никого нет дома, но понял: это не в дверь стучат, это моцартовские зубы. Тихо матерясь, я выцарапался из спальника и подполз к Моцарту. Он усиленно кутался в мой комбез, вздрагивал, но не просыпался. Я покачал головой и подтащил к Моцарту спальный мешок, аккуратно перекладывая его на мягкую поверхность. Он так и не проснулся, а я отобрал у него свой комбинезон, потом подумал и решил, что лучше пусть меня считают педиком, чем я подохну от холода в этой дыре. Еще раз взвесив все «за» и «похуй», лег рядом. Моцарт во сне вцепился в меня, закинув ногу на бедро. Я плюнул и решил не отодвигаться: так и правда теплее. Неуверенно положил руку ему на торс и снова вырубился.

- Вставай, все интересное проспишь! – раздался вопль у меня над ухом. Я спросонья плохо соображал, и первой естественной реакцией было вырубить источник звука. Но «источник» лихо увернулся от моего удара и уже тише сказал: - Доброе утро, Фло.
- С хера ли оно доброе, ты же в Зоне, - я резко сел и стал быстро моргать, отгоняя от себя остатки сна.
- Спасибо, - ни с того, ни с сего сказал Моцарт.
- За что? – я искренне не понимал.
- На спальнике спать гораздо удобнее, чем на полу, - он радостно улыбнулся мне. По крайне мере, в его голосе была слышна радость – лица без света я не мог разглядеть.
Фонарь не включался: сели батарейки. Я на ощупь стал искать в рюкзаке новые.
- Посвети-ка сюда, - оставил без ответа его предыдущую фразу. Да и что было ответить? «Мне тоже понравилось с тобой спать»? Отлично звучит, не правда ли?
- Ты там вчера что-то не мог найти, - я попытался сгладить молчание, - может, я могу помочь?
- Нет, не думаю, - Моцарт яростно замотал головой.
- Да ладно, не навязываюсь, - я, наконец, включил фонарик. Проверил автомат – не заклинивает, – запихнул спальник обратно и поднялся на ноги.
- Пора в дорогу. У нас осталось шесть дней.

Глава 3, в которой я бы и рад свалить, но некоторые обстоятельства сильнее меня.

Моцарт нашел речку. И обязательно полез бы купаться, если бы я вовремя не заметил и не отвесил ему подзатыльника.
- Но если хочешь сдохнуть медленно и мучительно – тогда ныряй, конечно, - как выяснилось, за Моцартом нужен глаз да глаз, а иногда и пендаль. Чего стоили только его попытки подстрелить, а потом съесть местную живность.
Пару часов назад мой попутчик убил ворону, больше похожую на носорога, чем на птицу и уже развел костер, когда я вовремя вернулся из кустов – ходил по большим делам.
- Это что? – я тупо уставился на дивный натюрморт «Моцарт жарит носорога» (ужасно звучит, честно).
- Еда, - гордо ответил горе-сталкер и помахал у меня перед носом вороной.
- Пойдем отсюда, - ласково, как душевнобольному, сказал я и потянул его за руку. – Дяденьки в белых халатах тебя обязательно вылечат.
- Да че не так-то? – Моцарт на провокацию не поддался и остался сидеть возле костра с упорством, которому есть лучшие применения в Зоне.
- Кроме того, что ты пытаешься сожрать радиоактивную херню и еще накормить ею меня?
- Можешь не есть, - надулся Моцарт, но было видно, что он тоже передумал.
А сейчас вот река.
Я стал сильно сомневаться в его словах про «двадцать четыре дня». Было ощущение, что в Зоне он только то время, которое провел со мной. Или Моцарт так ловко притворяется дурачком? Если да, то зачем ему это? Слишком много вопросов, слишком мало ответов. Он не очень успешно прятал неплохую армейскую подготовку – я все же отличал человека неподготовленного от прошедшего «армейку», несмотря на то, что сам армии избежал.
Что же ты скрываешь, Моцарт?
Мы отдалились от речки на приличное расстояние, когда Моцарт спросил:
- Почему не существует достоверной карты Зоны?
Я помедлил.
- Дело в ее неустойчивых границах и меняющемся рельефе. Но, что печальнее, нет точных отметок аномалий – после каждого Выброса они меняют свои локации.
Моцарт уважительно кивнул.
- Ты слишком неопытный для человека, который в Зоне около месяца, - я снова попытался вывести Моцарта на чистую воду. И вот далось же – никогда раньше за мной такого не наблюдалось.
Он нервно поглядел на меня. Я заметил в его глазах то, что Моцарт упорно скрывал – страх.
- Не мое дело, извини, - я пошел на попятный. Моцарт с благодарностью кивнул:
- Не сейчас, Фло, - он отвел взгляд, - однажды я решусь... Пока – нет.
Я склонил голову.
- Что ж. Подожду.

- Расскажи про первого сталкера, - попросил вдруг Моцарт.
Мои брови удивленно поползли вверх.
- Да что ты за невежда? Излома душишь, про Первого не знаешь. Ты точно человек? - я остановился и подозрительно посмотрел на Моцарта. - Докажи.
Я вообще в шутку предложил доказать, но Моцарт серьезно кивнул и снял с пояса армейский нож. Прекрасный нож, что сказать, модель НВ-1-01, образца 1991 года, что лишний раз подтверждает теорию о нестареющей классике.
- Да брось, сталкер, неужто ты собрался меня зарезать? - шутливые интонации в моем голосе успешно перекрыли готовность защищаться, в случае чего.
Моцарт вместо ответа расчехлил лезвие и провел им по скуле, оставляя легкий росчерк, словно художник оставил свой автограф.
- Ты это, брось такие штуки! - его безрассудное действие вывело меня из себя. Я со злостью сдернул рюкзак и вытащил аптечку. Моцарт равнодушно смотрел, как я вытаскиваю обеззараживаю салфетку и протягиваю ему. Из порезанной скулы на комбинезон тонкой струйкой стекала кровь.
- Ты убедился? - ровно спросил Моцарт, словно ничего такого не произошло. Салфетка, прижатая к порезу, пропиталась красным.
Я хотел сказать, что кровь – не показатель, что вон и у контролеров, по слухам, кровь не отличается от человеческой, но передумал: кто знает, что этот блаженный в очередной раз выкинет?
- Мне не нравятся непредсказуемые люди, - медленно, чтобы до него лучше дошло, произнес я. - Еще раз выкинешь что-нибудь подобное – нам придется разбежаться по разным дорогам.
Моцарт виновато кивнул, принимая к сведению.
- Прости, Фло, - он убрал руку от лица, выбрасывая перепачканную ткань. - Но мне важно твое доверие.
- Пять дней, - я заглянул в КПК, проигнорировав его извинение. - А нам еще возвращаться.
- Мертвый город находится в трех километрах отсюда, - Моцарт, в свою очередь, поглядел на личную карту.
- Тогда нехрен медлить, герр Моцарт, - я вернул рюкзак на спину, попрыгал – ничего не гремит, не выдает мое передвижение, - и двинулся дальше.
Моцарт пару минут постоял, потом словно очнулся и припустил за мной.
*
Проблема Зоны была... Во всем. В том, что это – Зона.
Я мог бы поклясться, что раньше возле Мертвого города не было никаких возвышенностей. В Зоне вообще не наблюдалось сопок, кроме той, где находилась Свалка. Почти идеально ровный рельеф. А теперь подход к Городу перекрывали горы. Средние, конечно, метров двести-триста, не горы даже, по большей части, но и этого хватило за глаза.
- Не могу поверить, - Моцарт разделял мое, мягко сказать, недоумение. - Это аномалия?
Я на всякий случай швырнул в “горы” пригоршню болтов. Они упали, не встретив сопротивления и не вызвав никакой другой реакции.
- Есть отличное правило в Зоне – если неведомую хуйню можно обойти – то ее нужно обойти. За километр. А еще тут у всего двойное дно.
“Иногда – тройное”, - вспомнилась мне аномалия “дно”, гибрид “трамплина” и “гравитации”. Попав в такую занятную штуку, несчастный сначала подлетал далеко вверх, потом его разрывало на кусочки, а потом останки падали вниз и исчезали под землей. Моцарту об этом рассказывать я не стал, он и так слишком впечатлительный для сталкера.
- И что дальше? - растерянно смотрел на меня товарищ. - Пойдем напролом или будем искать обходной путь?
Детектор аномалий молчал. Болты “говорили”, что путь безопасен. Я жопой чувствовал подлянку. Но так же понимал: идти назад равно самоубийству, Рим не простит мне таких денег.
Я переглянулся с Моцартом. Он кивнул:
- Вперед.

Глава 4, в которой я предпочитаю сделать неправильный выбор.

Ну я же знал, чувствовал! Какого же хрена, в таком случае...
Конечно же, в горах были бандиты. Собственно, бандиты, как и коррупция, были везде. На нейтральной территории они предпочитали делать вид, что сталкеров и прочих “недостойных” не существует, а если их не существует, то стрелять в них тоже незачем.
На так называемой своей территории бандиты же мстили сталкерам вдвойне.
И помоги Зона тем, кто попадался в руки бандитов.
Зона, помоги Моцарту!

Я отошел буквально на пару метров и скрылся в тени деревьев, оставив товарища на стреме. Дорогу преграждала аномалия “электра”, гостеприимно выпускающая разряды тока во всех желающих и нежелающих. Я хотел найти обходной путь, Моцарт в который раз вызвался прикрыть меня с тыла. За высокими и неестественно толстыми (когда только успели вырасти?) стволами деревьев меня не было видно. Обозначая болтами путь, я продвигался вперед.
“Где ты там застрял?” - хотел позвать Моцарта, но подавился заготовленной фразой.
Его резкий крик заставил меня замереть на месте и вскинуть автомат. Осторожно выглянув из-за ствола, я увидел человек шесть в кожаных куртках. Сомнений не было – по Зоне в куртках только бандиты и шлялись, других таких смертников не было.
Моцарт стоял на коленях; в его спину упиралось пара обрезов и “Гадюка” - пистолет-пулемет.
Я отсюда чувствовал, как ему страшно. Что за сталкер пошел, тьфу, одно только название и осталось.
- Чё делать-то с ним будем, мужики? - воздух прорезал скрипучий голос бандита. “Мужики” с ухмылками переглядывались, словно уже заранее что-то решили. Самый здоровый – даже я б с таким не связывался, куда там Моцарту! - подошел к нему ближе и сжал лицо двумя пальцами, с силой дернув вверх. Моцарт зашипел и попытался укусить бандита.
Кажется, тому не понравилось; сильный удар в спину опрокинул моего товарища на землю. Моцарт застонал и попытался подняться; из царапины на скуле и изо рта текла кровь.
Бандиты засмеялись на его тщетную попытку.
А я стоял и не знал, что предпринять. В одного идти на шестерых – даже я таким дураком не был. Швырнуть туда светошумовую гранату – Моцарт тоже пострадает, и едва ли меньше, чем бандиты.
- Гля, да у него даже глаза накрашены! - не поверил бандит, который до этого ударил Моцарта. - Я думаю, тут все понятно.
Он очень неприятно улыбнулся.
Тут я, наконец, понял, что еще меня смущало в Моцарте, помимо всего прочего.
Но об этом я подумаю позже. Моцарта следовало спасать, и спасать срочно. За мной и так должок. Не люблю ходить в должниках. Ну, кроме случая с Римом: я был бы очень не против, если бы тот долг выплатили за меня.
Бандиты тем временем скрутили Моцарта и куда-то потащили. Времени на раздумья попросту не было. Я глубоко вздохнул и вытащил из рюкзака М84. Надежная штука, никогда не давала сбоев. Не то чтобы я постоянно кидался светозвуковыми гранатами, но когда приходилось – не подводила. Я подождал, пока бандиты отойдут метров на двадцать и швырнул ее им вслед, заорав через секунду: “Моцарт! Глаза!”
Надо отдать ему должное, в экстремальных ситуациях он не тупил, работал четко и слажено. Дернувшись в сторону, он откатился от державшего его бандита, сильно зажмурил глаза и закрыв уши. Бандиты этого сделать не успели.
Раздался взрыв, и все вокруг затопил ослепляющий белый свет.
Я был не в радиусе поражения, но даже мне досталось. Медлить, однако, было нельзя. Отмахиваясь от звона в ушах, я рванул к Моцарту, ухватил за руку и вскинул его на плечо. Он благодарно вцепился в меня, ничего не видя и не слыша, но однозначно доверяя мне. Бандиты, не ожидавшие такого безрассудства, с матами ползали вокруг, натыкаясь друг на друга и хватая оружие. Стрелять, впрочем, не решались: нет гарантий, что они попали бы в нас, а не друг в друга.
Бежать в комбинезоне всегда сложно. Бежать по Зоне в комбезе, с рюкзаком за спиной и Моцартом на плече, который тоже, соответственно, в комбезе (но уже без рюкзака, некогда было спасать обоих) – почти, сука, невозможно. Однако кто сказал, что я бы не попытался? Вот мы и бежали. То есть, очень быстро ползли.
- Спасибо, Фло, - он тихо выдохнул мне в ухо. Я вздрогнул от пробежавших по лицу мурашек.
- У тебя щетина колючая, - грубо, чтобы скрыть неловкость, ответил я. - И клочкастая.
- А у тебя вообще борода, как у ваххабита, - не остался в долгу Моцарт.
- Некогда бриться было, я тут всяких Моцартов спасаю, дались они мне, - вопреки своим словам, я покрепче прижал его к себе. Он еще нихрена не видел, поэтому пользы от него не было никакой, кроме того, что сам перебирал ногами.
- Знаешь, какой в этом всем плюс? - Моцарт повернул ко мне голову и посмотрел невидящими слезящимися глазами. - Кажется, мы уже в Мертвом городе.
Места мне и правда были смутно знакомыми – видел на фотках.
По-хорошему, Моцарту следовало пару часов отлежаться и прийти в себя, но времени катастрофически не хватало. Бандиты не спустят такое и обязательно кинутся вдогонку. Поэтому Город срочно следовало обыскать, если не найдем артефакт – идем дальше, к ЧАЭС.
А еще я не мог промолчать и в лоб спросил:
- Почему у тебя накрашенные глаза?
- Почему тебя это заинтересовало только сейчас? - Моцарт часто моргал; тушь или чем он там мазался, растеклась по лицу, смешавшись с кровью из исцарапанного лица. Эта своеобразная версия “боевой раскраски” придавала ему жутковатый вид.
- Ты из “этих”, да? - вообще-то мне до лампы, кто с кем спит, в Зоне случались вещи и похуже.
Моцарт молчал, по-прежнему опираясь на меня.
- Да, - наконец-то с явным вызовом ответил он. - Да, черт тебя подери, и что теперь? Убьешь меня сам?
- Э, да с чего бы? - я осторожно похлопал его по руке. - Ты столько раз меня прикрывал, спас жизнь, мне пофиг, красишься ты или нет.
“Ну и, если совсем откровенно, тебе это даже идет”, - чуть не ляпнул я.
Моцарт с таким удивлением посмотрел на меня, словно я предложил переехать ко мне. Тьфу, так себе аналогия в данной ситуации.
- А как ты вообще думал? - меня понесло, не мог заткнуться. - Ты хоть одну бабу в Зоне видел? То-то же. Вот и обходится каждый, чем может... кем может, да.
Моцарт скептически хмыкнул.

Глава 5, в которой Моцарт меня удивляет в очередной раз.

Медленно, но верно мы приближались к месту, куда упал “Скат-2”. Я с замиранием сердца ждал. Чего-то. Не до конца веря, конечно, что “скрипичный ключ” будет там, но все равно шел, что еще оставалось? А если найду? Большой соблазн будет свалить за кордон и продать его там. С теми деньгами, которые можно за него выручить, даже с половиной реальной стоимости, я могу сбежать так далеко, что даже Рим с его бандой до меня не дотянется. Можно и Моцарта с собой прихватить... Я резко повел головой, отгоняя деморализующие мысли. “Если бы” да “кабы”, в Зоне выросли грибы, большие, радиоактивные, и готовые тебя сожрать.

А еще я понимал, что, напади на нас сейчас кто-нибудь – мы едва ли сможем дать достойный отпор. Поэтому укрытие было необходимо; хоть и весьма рискованно там засиживаться.
Впереди замаячила колючая проволока, оплетающая вход в неприметное двухэтажное здание, бывшее когда-то магазином, судя по выцветшей вывеске.
- Дай нож, у тебя там есть хуёвина, которая “колючку” перекусывает.
Моцарт послушно, на ощупь, достал нож и протянул мне. Я выпустил его руку и осторожно усадив на землю, стал “откусывать” проволоку. Она предсказуемо легко – от времени и ржавчины спасенья нет – поддалась, со скрипом упав мне под ноги.
- Если что – отсюда можно будет отстреливаться, - я цепко оглядел здание. - Но не хотелось бы до этого доводить.
Моцарт с трудом поднялся, ухватившись за мою ладонь.
Мы вошли в здание. Я с усилием захлопнул дверь, неожиданно крепкую и металлическую.
Поднявшись на второй этаж, Моцарт устало завалился в угол. Он все еще плохо видел, поэтому старался не делать лишних движений.
Я снял рюкзак и уселся рядом.
- Неплохо бы поесть... - задумчиво протянул Моцарт, с надеждой поглядев на меня.
Я без слов вытащил хлеб и мерзкие на вид и не менее мерзкие на вкус консервы, вскрыв банку ножом.
- Лучшего нет, - почти не соврал я. Были, правда, еще орехи и сухофрукты, и пара армейских сухпайков, но я решил оставить их на потом. - Держи.
Моцарт с благодарностью взял у меня из рук открытую банку. Задумчиво понюхал и скривился:
- Из кого эта дивная жрачка?
- Не знаю, не довелось спросить, - я принялся меланхолично жевать, раздумывая, где бы взять воды. Во фляге она еще была, но совсем мало. Нам на двоих однозначно не хватит.
- Почему “Фломастер”? - Моцарт умел сбить с толку.
- А? - не сразу догнал я, прикидывая, успею добежать до ручья, обозначенного на карте. Не факт, что он все еще там был, но попытка – не пытка. Впрочем, я же в Зоне. Тогда пытка, ну да привык уже.
- “Фломастер”, - повторил Моцарт, - почему тебя так называли? Ты рисовать любишь?
- Я, как только сюда попал, хуячил одеколон, а потом синий ходил, - я ухмыльнулся, - отсюда и “Фломастер”.
Моцарт закатил слезящиеся глаза.

- Расскажешь про первого сталкера? - он доскреб остатки консервов и, вытерев банку кусочком хлеба, закинул его в рот. - Тогда ведь не удалось...
- Да что говорить? - эту историю я слышал очень много раз; тем страннее было знать, что есть человек, который ее не знает. - Его звали Рэдрик Шухарт, хотя многие утверждают, что первый – это Стрелок. Я тебе так скажу – Стрелок просто примазался к его славе, - на этих словах Моцарт почему-то недовольно нахмурился, - а Рэд – он в Зоне был еще до ее образования.
- Это как? - не понял Моцарт.
- Это так, - передразнил я, - Шухарт, говорят, ошивался тут еще до аварии на Чернобыле. Он словно предчувствовал появление Зоны, тянула она его. Рэдрик стал ее, ну, скажем, что-то вроде официального представителя.
- Ты как-то скептически относишься к Стрелку, - верно подметил Моцарт, вытянув ноги и положив руки под голову. - Что он тебе сделал?
- Да что он мог мне сделать? - удивился я, отпив из фляги. Моцарт проследил взглядом, как дернулся мой кадык. Я едва не закашлялся от его взгляда. - Я и не видел-то Стрелка никогда. Никто не видел. Даже те, кто давно в Зоне. Кто знает, может, и не было никакого Стрелка.
Я протянул Моцарту флягу, он аккуратно отпил и вернул обратно:
- Спасибо.
- Сочтемся, - я вернул ему когда-то им же и брошенную фразу. Казалось, со дня нашего знакомства прошло не несколько дней, а целая вечность. С Моцартом было... хорошо. Я удивленно поймал себя на этом.
Он словно прочитал мои мысли.
- Фло? - шепотом произнес Моцарт, закрыв глаза.
- Что? - так же шепотом ответил я. - Что, Моцарт?
- Обними меня? - неуверенно предложил товарищ.
Я словно бы ждал этого приглашения, поэтому с готовностью придвинулся к нему и положил руки поверх комбинезона. Моцарт слепо повернул голову в мою сторону и потерся носом о мою щеку.
Я так давно в Зоне. Я слишком долго никому не доверял.
Я слишком сильно хотел довериться.
Моцарт приглашающе раскрыл губы, чуть выпятив нижнюю. Я не мог проигнорировать такой подарок. Осторожно облизнув его губы, скользнул языком в рот. Моцарт с отчаянием вцепился в меня, словно боялся, что я его оттолкну, что передумаю. Лихорадочно стягивая комбез, я думал о том, что где-то неподалеку, несомненно, ошиваются бандиты и коренные обитатели Зоны, что впервые за пару лет поддаться эмоциям – это глупо, безрассудно и смертельно опасно, но Моцарт подо мной тихонько простонал, и я плюнул на свои безрадостные мысли.
Зона истерически смеялась, я на удивление чётко ощущал ее эмоции. Она снова выиграла.
Моцарт перевернулся на живот; его комбинезон лежал рядом неряшливой кучей. Я обратил внимание на то, какой Моцарт худой. В Зоне-то оно, конечно, не пожируешь особо, но этот был тощим даже по местным меркам. Словно не ел пару недель или болел чем-то.
Я задумчиво погладил рукой его выпирающие ребра. Моцарт дернулся:
- Щекотно же!
Я провел рукой от его головы до башмаков – он не стал их скидывать, его комбез позволял не снимать ботинки. Пальцы невольно задержались на узком отверстии с мелкими волосками.
- У меня давно никого не было, - словно извиняясь, сказал Моцарт, его впалые щеки покрывал смущенный румянец. Я попытался пропихнуть хоть один палец, Моцарт болезненно застонал. Ему было неприятно, но он терпел, он хотел этого. И я тоже. Я хотел его.
- Подожди, - я раздраженно стал рыться в рюкзаке и вытащил смазку для автомата. В воздухе повис тяжелый машинный запах. Я несколькими не особо аккуратными движениями нанес маслянистую субстанцию на член, пальцы дрожали, пачкая задницу Моцарта. Я приставил головку к его сфинктеру и медленно вошел, растягивая, почти разрывая тугие мышцы. Моцарт хрипел и извивался, пытаясь соскочить, его длинные пальцы с грязными обломанными ногтями судорожно царапали пол. Я рыкнул и вцепился ему в спину, удерживая на месте и натягивая на себя, увеличивая темп. Отросшая челка падала мне на глаза, и я недовольно сдувал ее с каждым толчком. Моцарт всхлипывал, не пытаясь более проявлять инициативу. Я просунул руку ему под живот: его член не стоял, очевидно, Моцарт соврал – у него вообще никогда никого не было, настолько болезненно он реагировал на проникновение. Я вышел из него и, не удержавшись, сунул три пальца в растянутое отверстие, пропихивая их глубже. Моцарт запрокинул голову, его кадык судорожно дернулся. Я снова заполнил его своим членом, края растянувшейся дырки приятно терлись о возбужденный орган. Больше не сдерживаясь, я яростно долбился в податливое тело, распростертое подо мной, мое сердце бешено стучало в такт грубым толчкам. Моцарт рвано выдыхал, пытаясь подмахивать, но явно не умея этого делать. Я порывисто кончил в него, не торопясь, впрочем вытаскивать член. Моцарт обессиленно рухнул на живот, я навалился сверху.
- Кажется, что-то пошло не так, - еле пробормотал Моцарт, - этого не было в плане.
- О чем ты? – я перевернул Моцарта на спину, поглаживая его полувозбуждённый член. Моцарт закусил ребро ладони, одна из его повязок на запястье сползла, обнажив … идеальную руку без следа шрамов.
Я от неожиданности даже присел.
- Ничего не хочешь сказать? – кажется, я выбрал ну самый неудачный момент для того, чтобы вести откровенный разговор. А может, самый удачный, как посмотреть.
- Я все расскажу, - выдохнул Моцарт, потершись об меня. – Только позволь мне кончить.
- Давай сам, - жестко сказал я, - хочу посмотреть, как ты дрочишь.
Моцарт пошло выпятил губы, длинная прядь волос упала ему на глаза. Он медленно убрал ее, потом провел рукой по члену, большим пальцем задевая щелку, на которой выступила капля смазки.
- Фло… - он специально выдыхал мое имя так. – Смотри, Фло.
Его пальцы размеренно скользили по стволу, иногда проникая в еще не сжавшийся сфинктер, из которого вытекала моя сперма и оружейная смазка. Я стойко смотрел, даже не заметив, как вновь приблизился к нему, и моя рука вместе с его пальцами соскальзывала в покрасневшую дырку. Он доводил меня и себя до исступления, этот непостижимый сталкер. Шумно выдохнув сквозь сжатые зубы, Моцарт кончил, забрызгав спермой и меня тоже.
- Мне дико хочется отлить, - поделился я и отошел на несколько метров. Моцарт с ухмылкой смотрел, как я ссу.
«Извращенец», - подумалось мне, но что-то в его взгляде невероятно возбуждало.
Я обтер руки об оконную раму и достал из рюкзака пару салфеток, кинув одну Моцарту. Он ловко поймал ее и стал вытираться.
- Рассказывай, - резко напомнил я, когда мы оба более менее привели себя в порядок. – Все. И по порядку.

Глава 6, в которой я осознаю, что мгновение может стоить жизни.

- В смысле, ты Стрелок?
Мы перебрались в соседнее помещение, я вытащил спальник – на холодном полу долго сидеть было не очень комфортно.
Моцарт подтянул колени к подбородку и исподлобья поглядывал на меня.
- В прямом.
- То есть, ты считаешь, что объяснения «Я - Стрелок» достаточно? – вспылил я, кидая мелкие камни в соседнюю стену. – Так любой может назваться, не находишь?
Моцарт глубоко вздохнул.
- Я знаю, где «скрипичный ключ». По правде, я знаю, где все артефакты Зоны, но они мне давно неинтересны.
- Че ж ты тут шляешься тогда? – я не мог поверить в его слова. Вспомнился анекдот, который тут же услужливо переделался под ситуацию: « – Ты где артефакт взял? – Мне Стрелок дал. – Поздравляю, а артефакт-то где взял?»
Я невесело рассмеялся.
- Вдохновение, - повторил Моцарт, - я ведь тебе говорил.
- Ты много чего говорил, - я не мог решить, отодвинуться от него или это уже не имело значения. – Про то, как пытался задушить излома, например.
- Почему ты решил, что это неправда? – Моцарт с любопытством посмотрел на меня. Потому перевел взгляд на запястья и понятливо кивнул:
- Шрамы… На мне все заживает невероятно быстро. Посмотри, царапины на лице уже нет.
Я с удивлением дотронулся до его скулы. И правда, там была только засохшая кровь и черные разводы, но ранки не было, как и рубца от нее.
- А платки? – тупо спросил я.
- Напоминание, - он недовольно дернулся, - о собственной глупости, и о том, что все имеет свою цену.
- Ты б еще контролера болтом попытался забить, - ехидно буркнул я. Моцарт криво улыбнулся, взглядом показывая, что, дескать, не просто пытался, а забил, и не одного.
- Ну-ну, - я не то чтобы ему поверил, но мысль «А вдруг?» не давала покоя.
- Фло, - Моцарт-Стрелок дотронулся до моего лица. – Я не врал тебе ни в чем.
- Почему… я? – мне с трудом удалось сглотнуть. – Или ты ко всем приходишь и…
Я так и не смог закончить фразу. Моцарт перестал улыбаться, в его взгляде появилась невероятная усталость, он сразу стал выглядеть лет на сорок. На свой реальный возраст.
- Я прихожу к достойным, - несколько пафосно ответил Моцарт. Я не мог, да и не хотел звать его «Стрелком».
- Карту он нарисовал, а че б и не нарисовать, если Зона – это часть тебя, я б тоже рисовал, - бормотал я, пытаясь осознать все его слова. – Излома душил, про все артефакты знает…
- Мне обидно, что Рэдрик Шухарт нравится тебе больше меня, - беззлобно пожурил меня Моцарт.
- Тебя – Стрелка, или тебя – Моцарта? – запутанно спросил я.
- Меня – Стрелка, - тяжело вздохнул сталкер.
- Почему, в таком случае, Моцарт? – я решил выяснить все.
- Его музыка прекрасна, - мечтательно ответил товарищ. – А вообще, потому, что я тоже умею играть на многих музыкальных инструментах.
- Так ты живой? – глупо поинтересовался я.
- Ну… - начал Моцарт, но закончить не успел.
Внизу раздались выстрелы и взрывы, наше ненадежное убежище зашаталось, рискуя рухнуть и похоронить нас с Моцартом в братской каменной могиле.
- Бежим, - я подхватил рюкзак, с сожалением понимая, что спальник забрать не удастся, - быстро, пока нас не заметили.
Стараясь не издавать лишнего шума, мы рванулись к запасной лестнице. Сзади слышался топот и раздраженный гул голосов.
Кажется, эта охота была не на нас; пробежав к выходу, я осторожно выглянул из-за сломанной двери. Бандиты отстреливались от слепых псов, которые яростно выли и пытались пробиться сквозь пулевой ливень.
- Ненавижу этих тварей, - Моцарт неопределенно махнул рукой, подразумевая то ли бандитов, то ли псин. Я кивком дал понять, что согласен с обоими вариантами.
- Почему ты сразу не сказал, что знаешь, где искать артефакт? – шепотом ругался я на Моцарта.
- Я должен был убедиться, что ты достоин, - он пожал плечами, словно это было само собой разумеющимся. – Так или иначе, мы идем в правильном направлении. Он действительно снова там, куда упал вертолет.
- Снова? – я забыл понизить голос и Моцарт недовольно шикнул на меня.
- Он всегда возвращается, - загадочно сказал сталкер. Честно – меня задолбали загадки, я уже просто хотел выбраться отсюда.
- Пошли, - Моцарт взял меня за руку. – Я проведу.
Он уверенно потащил меня за собой.
- Не могу понять, ты бессмертный, что ли? – бурчал я ему в спину, все же позволяя себя вести. Моцарт неопределенно дернул плечом, словно предлагая мне угадать.
- Фло, - он не поворачивался, но я чувствовал напряг в голосе, - ты никогда не думал о том, что души могут перерождаться? Не только в будущем, но и в прошлом?
Я замер, забыв, куда мы идем.
- Ага, и будут менять будущее, - секундное оцепенение спало, я снова сердито зашагал вперед.
- Будущее меняется постоянно, каждое мгновение, - серьезно ответил Моцарт, - где гарантия, что кто-то не меняет его прямо сейчас?
Эта мысль была такой странной, дикой и внезапной, что мне попросту нечего было ему возразить.
- Слишком сложно это все, Ст… Моцарт, - я принципиально не называл его по старому прозвищу.
Он промолчал.
- Тебе бы экскурсии по Зоне водить, - я не знал, что еще сказать.
- Посмотрите направо, там «электра», осторожнее, чтоб не ёбнуло током; а это кто тут у нас такой страшненький, кровосос? Не кормите кровососа, он сегодня плохо себя вел; ой, что это, а, это вас жрет слепой пес, ничего особенного, - Моцарта как прорвало, словно ему хотелось вылить все напряжение, скопившееся внутри.
Я усмехнулся – у Моцарта на удивление своеобразное чувство юмора. Полезная штука, без него в Зоне совсем тошно.
Моцарт вдруг остановился, а потом подорвался с места, словно за ним бежало стадо наёмников. Я оглянулся – никого.
- Беги, Фло!
Что еще оставалось? В этом вопросе Моцарту-Стрелку можно было доверять.
Я бежал за ним.
И слишком поздно заметил растяжку.
В моих глазах отразилось удивление и страх, страх за Моцарта. Я хотел его толкнуть вперед, приняв взрывную волну на себя, но, уже теряя сознание, понял, что не успею.
“Прости, сталкер...”

Глава последняя, в которой нет меня, но тоже кое-что происходит.

Алжирец Мерван Рим сидел в Баре, задумчиво поглядывая на наручные часы. Не частый аксессуар в Зоне. Но Рим всегда ценил редкие вещи.
Он прекрасно помнил, что сегодня сталкер с дурацким прозвищем Фломастер должен был принести ему артефакт. То, что это будут не деньги, Рим не сомневался - у этого идиота никогда не было даже трети суммы.
Но время шло, а сталкер не показывался.
Рим уже прикидывал, как и где будет убивать его вместе с дружком, кажется, Моцартом, как тяжелая дверь Бара отползла в сторону, и на пороге нарисовался тот самый тощий сталкер, который был с Фломастером.
- Фло не придет, - с трудом произнес Моцарт, швырнув на стол рядом с алжирцем светящийся контейнер. – Но он просил передать тебе это. Не любил он ходить в должниках.
Было видно, что слова даются Моцарту очень не просто, он часто сглатывал и пытался сдержать слезы.
Рим равнодушно хмыкнул:
- Все, отбегался Фло? Как он сдох?
Лицо Моцарта вдруг стало похожим на маску.
- Заткнись, - негромко рявкнул он, но все в Баре повернулись к ним. – Не смей произносить его имя.
- Или что? – Рима было очень непросто напугать – люди его положения не боятся ни бога, ни черта, ни самой Зоны.
И вот насчет последней - очень зря.
- Иначе ты отправишься за ним, - пообещал Моцарт. – Я, Стрелок, гарантирую тебе это.
В Баре раздались недоверчивые смешки.
- Стрелок помер давно, - сказал мужик далеко за тридцать, - я видел, как его разорвали собаки.
- Да нет же, - перебил его сталкер по кличке Ухо, - он с «Осознанием» связался, теперь он в этой долбанной секте.
- А я слышал, что его «монолитовцы» в жертву принесли, - писклявый голос пацана лет восемнадцати потонул в поднявшемся шуме.
- Стрелок ты, ну да, конечно, - не унимался Ухо, - а я Призрак, в таком случае.
- А я – Рэдрик Шухарт, - крикнул кто-то, и все рассмеялись. – Зону тебе в свидетели.
Моцарт мрачно стоял рядом с Римом, не реагируя на общий гвалт.
И вдруг в Баре разлился ослепляющий свет, сильнее, чем от любых светошумовых гранат. Издали могло показаться, что в Баре зажглась Сверхновая звезда. Все, кто не успел закрыться от обжигающего света, вмиг ослепли.
- Я - Стрелок, - громко повторил сталкер.
А потом вышел из Бара, и, упав на колени, стал смотреть на проплывающие мимо облака. Из глаз текли невольные слезы.
«Я всегда буду рядом, - шептал он мертвому другу. – Слышишь меня, Фло?»
*
Стрелок навсегда покинул Зону.
И лишь имя его осталось в легендах.

Австрия, Вена, 17… год.

- Герр Сальери, мне приснился на диво занятный сон, - Вольфганг Моцарт радостно подпрыгивал и дергал меня за рукав. Я делал вид, что меня это совершенно не волнует, но в душе ликовал.
- Что же снилось великому композитору? – я легко улыбнулся ему.
- Мне снилось будущее! – Моцарт сам не верил своим словам.
- И что же там, в будущем? – я интонацией выразил вежливую заинтересованность.
- Там… странно, - Моцарт словно бы не мог подобрать слова. – Я мало что запомнил, а понял еще меньше, но я точно помню, что там мы тоже были… вместе.
Он слегка покраснел.
Я обнял его тонкую фигуру.
- Было страшно, - прижался ко мне Вольфганг. - Вы погибли там.
Я покачал головой – чего только не увидишь во сне.
- Вздор, Вольфганг. Смотрите, вот он я, живой, обнимаю вас.
- Пообещайте мне, Сальери, - он внимательно посмотрел в мои глаза, - что вы всегда будете рядом.
- Обещаю, - искренне ответил я. – Всегда, Вольфганг. И в прошлом, и в настоящем, и даже в будущем.




Прослушать или скачать В.Третьяков Вам звонят от бога бесплатно на Простоплеер

Прослушать или скачать Районы-кварталы, заводы и свалки. бесплатно на Простоплеер

@темы: фанфик, слэш, моцарт, ПоЧитатели, STALKER, NC-17

URL
Комментарии
2014-06-20 в 09:01 

Мне очень понравилось, особенно твой фирменный юмор! Моцарт - великий композитор! ))))

2014-06-20 в 09:37 

Еретик-теоретик
Кот Матроскин подойти к телефону не может. Он очень занят. Он на печи лежит.
Шээээд, я уже и не чаяла, что ты в моей ленте объявишься опять)) /и даже сомневаюсь, что ты меня узнаешь/
Ты, как всегда, на высоте - это великолепно и атмосферно *_* и посмеяться, и до дрожи в паре моментов довести)

2014-06-21 в 22:57 

Бродяга с Изнанки
Если судьба свела вас со мной, значит, пришло ваше время платить за свои грехи. / Paratus sum.
.Антошин, слушай, это офигенно и потрясно! Прям... ох, как это же это круто!
Долгое вынашивание этого плана того стоило. Отличный рассказ! :vo:

2014-06-22 в 03:29 

.Антошин
У нас другие ценности, у нас другие цели, войну узнали мы не по рассказам. Природой мы любуемся в оптическом прицеле - ведь мы с тобой, братишка, из спецназа.©
Алика Сплюшка, Моцарт - великий композитор! Безусловно. Недавно я даже в филармонию на него ходил. Гопник в филармонии - это было...интересно :D

тюленяша, спасибо, дэа. Who r u?

Бродяга с Изнанки, тем приятнее это слышать от человека, который пишет просто невероятные вещи. Спасибо!

URL
2014-06-22 в 13:43 

Еретик-теоретик
Кот Матроскин подойти к телефону не может. Он очень занят. Он на печи лежит.
.Антошин, омг, как же трудно объяснить, кто ты есть:D
Если кратко, бывший ник тут - Iselilja, а если ещё короче, ты у меня буквально только что спросил, есть ли у меня запись празднования гола Клозе объяснять мастер

2014-06-22 в 13:46 

.Антошин
У нас другие ценности, у нас другие цели, войну узнали мы не по рассказам. Природой мы любуемся в оптическом прицеле - ведь мы с тобой, братишка, из спецназа.©
тюленяша, да я ужэ разобрался :D

URL
   

Пароль .Афган.

главная